50 и один шаг назад - Лина Мур

Крылья вырастают за спиной.

«Я соскучилась. Всё хорошо?», – отвечаю я.

Ник: «Да, всё решил. Сегодня у меня не получится забрать тебя, да и проблем не хочу создавать с твоим отцом. Поэтому я наберу тебе завтра, после университета мы встретимся»

Эти слова приносят и горечь, и радость одновременно. Сердце потухает, а воздух становится опять пустым.

Почему так сложно принимать то, что у него есть дела, когда хочется быть с ним каждый удар сердца? Почему я стала настолько зависима от него? Потому что не хочу больше быть одна или же это моя любовь такая безумная и странная, защёлкнула наручники на моих запястьях и подвязала их к нему? Не знаю, но не могу противостоять отчаянью любить его и хотеть для себя, остаться с ним навсегда и забрать из его тёмного мира.

– Миша, а теперь ты мне всё расскажешь, – меня подхватывает под локоть Сара, и я моргаю, вырываясь из своих чувств. Я пихаю телефон в сумку и позволяю ей выволочь меня из аудитории после пары, и тащить к студенческой столовой.

– Мишель, я тебя утром искала, – рядом уже быстрым шагом идёт Амалия, и я удивлённо поворачиваю к ней голову.

– А она сейчас нам обеим объяснит, какого хера, вообще, она творит, – зло бросает Сара и толкает меня на стул, а по обеим сторонам от меня садятся девушки, одновременно складывая руки на груди и ожидающе, даже строго, смотрят на меня.

– А вы… – я взмахиваю руками в непонимании их совместного наезда на меня.

– А мы вот тут поговорили утром и решили, что ты попала куда-то не туда и тебя надо спасать, – говорит Амалия, а Сара кивает.

– Никуда я не попала, – смеюсь, совершенно сбитая с толка.

– Твой отец в воскресенье заявился ко мне с утра и орал, как бешеный. Я думала, он меня убьёт. Благо, мой папа был дома и заставил его уйти. Где ты была? Почему не предупредила? – Засыпает меня вопросами Сара, но я не успеваю даже и рта открыть, как вступает Амалия.

– А он узнал, что у них с Марком фикция. Ему прислали фотографии, где мой братец развлекается.

– Он сам их сделал, следил за мной и, думаю, подключил Люка, – вставляю я.

– Так ты не с Марком? – Взвизгивает обиженно Сара.

– А нет, сучка, она не с ним, – хмыкает Амалия.

– Сама ты сучка, я тебе сейчас лохмы повыдираю, я…

– Стоп! – Повышаю я голос, поднимая руки вверх. – Без оскорблений. Да, Сара, я соврала, между мной и Марком ничего нет. Я встречаюсь с другим парнем.

– Но… но… кто это? – Требовательно спрашивает Сара.

– Не могу сказать, – я поджимаю губы.

– Она влюблена в него и проводит с ним всё время, а мы получаем. Мой папа сказал, что твоему прислали эти фото, и он с ними в субботу приехал к нам. Они оба поехали к Марку, выломали дверь и… ну продолжение предполагаю, ты знаешь. Брат так кричал…ругался с отцом, а потом уехал. И теперь даже не отвечает, – печально вздыхает Амалия.

– Я убью Люка, серьёзно убью. Мало того, что он следит за мной, так ещё и вбил себе в голову, что я встречаюсь с Холдом. Просто убью, – шиплю я, готовая встать, но девушки с двух сторон опускают меня обратно на стул.

– Следит?

– Холд? Он же гей!

Одновременно говорят они, а я кривлюсь, понимая, что ложь всё же плохая штука.

– Кто гей? – Удивляется Сара.

– Ну тот… Николас Холд, как и Вуд. Они же вместе, так Мишель сказала, – отвечает Амалия.

Подруга хрюкает от смеха, а затем уже открыто смеётся, стуча ладонью по столу. Я только наблюдаю за этим, пока Ами хмурится, и по её выражению лица я вижу, что готова врезать Саре.

– Да, Холд гей, как и Вуд, – подаю голос, а Сара ещё громче смеётся, краснея от своего веселья. Я пихаю её под столом, но она даже успокоиться не может.

– Сейчас пары, поэтому я пойду, а вы тут… она больная, Мишель, реально больная, – бросает обиженно Амалия и встаёт, выходя из столовой.

– Дура, – ударяю её по плечу, и Сара поднимает голову.

– И на хрен ты это сказала? Что между вами? – Интересуется она.

– Ничего, просто вырвалось. Я была зла на Ника… Николаса за то, что он устроил в ресторане, вот и решила так сказать. Всё допрос закончен, с отцом я разберусь, – пожимаю плечами, но жажда крови Люка ещё не остыла во мне.

– Миша, Миша, будь осторожна. Мне, вообще, показалось, что твой отец с катушек слетел.

– Есть такое, но ничего… знаешь, я готова противостоять ему. Просто достало его отношение ко мне, как к товару. Поэтому справлюсь, я уверена, – заверяю её и показываю головой на выход.

Сара закатывает глаза, что-то бурча себе под нос, но встаёт и хватает меня за руку. Оставшиеся занятия, как и наш доклад, тянутся неимоверно долго, а я хочу поскорее окончить этот день. Я знаю… подсознательно понимаю, что не могу надоедать Нику со своей зависимостью. Это только оттолкнёт его, поэтому скрепя сердцем, я еду домой.

Зайдя в апартаменты, я бросаю сумку и пальто на тумбу, проходя в гостиную.

– Лидия, а где все? – Удивляюсь, входя в столовую, где домработница уже ставит для меня ужин.

– Твоя мама и Тейра поехали к её подруге немного развлечься. Мистер Пейн ещё на работе, заехал домой на час и тут же ушёл. Он злой, Мишель, боюсь, что из-за тебя, – хмуро отвечает она.

– Да и пошёл он, – фыркая, принимаюсь за еду.

Возвращаюсь сюда, словно в тюрьму, которая давит на меня, заковывает цепями, и мне дышать становится сложнее. Когда родной дом стал таким далёким и холодным?

Вздохнув, отодвигаю тарелку, бросая Лидии, что ушла заниматься. Поднявшись к себе, первым делом иду в душ, чтобы хоть как-то убить время, ведь учёба сейчас точно не полезет в голову. А вот расслабить мышцы и смыть с себя этот день – лучшее лекарство. Переодевшись в шорты, топик, я забираюсь в постель, вспоминая, что оставила сумку внизу. Недовольно я шлёпаю босыми ногами обратно, как холодный голос отца, раздавшийся сбоку, останавливает меня, хотя мне хочется просто проигнорировать его.

– Мишель, нам нужно поговорить.

– Есть о чём?

– Есть, быстро иди сюда, – рычит он, хватая меня за руку и заталкивая в гостиную.

– Мне больно! – Возмущаюсь я, вырывая руку и зло смотря на него.

– Больно, значит? – Усмехается он. – А мне не было больно, когда я нашёл вот это.

Он бросает мне в лицо разорванные листы, а затем в меня летит книга, ударяя в грудь. Мой взгляд опускается на пол, где я вижу почерк Ника и то самое издание по психологии, с которого началось моё внедрение в мир Ника.

– Что ты сделал? С ума сошёл? Ты порвал всё! Ты что, рылся в моей комнате?! – Крича, падаю на колени и поднимаю эти крупицы, которые были для меня одним из важнейших моментов моей любви. Но они уничтожены, искромсаны и растеряли всю свою силу.